Дом горного начальника — свидетель истории


В 1786 году в Петрозаводск прибыл новый директор Александровского Завода и новый управляющий Олонецким горным округом — шотландец Чарльз Гаскойн. Известный инженер-металлург, руководитель знаменитых Карронских чугунолитейных заводов в Англии, он был приглашен Екатериной II по контракту для реорганизации металлургической промышленности России.

Гаскойн приехал не один — он привез с собой более десятка специалистов горного и заводского дела; впоследствии прибыла еще группа из 23 человек. Карла Карловича (как стали называть Гаскойна в России) и первых прибывших в Петрозаводск «английских художников» поселили в четырех деревянных домах «по линии от завода к каменным корпусам» Круглой площади. В свое время Ярцов назвал эту линию Заводской, за которой после приезда англичан прочно закрепилось новое название — Английская. Здания были освобождены, оштукатурены, в них было проведено что-то вроде евроремонта (все-таки для иностранных специалистов!), перед домами разбиты цветники. У будущих апартаментов Гаскойна даже устроен «фонтан с литою фигурою».

Карл Карлович энергично принялся за работу, и в течение двух с половиной лет, с осени 1786 по 1789 год, в Петрозаводске был построен практически новый завод — самый мощный в Европе, оснащенный по последнему слову техники. Ввиду большого объема проектных и строительных работ для помощи Гаскойну были приглашены архангельский архитектор Михаил Березин и механик (читай, инженер) Федор Крамер из Твери. Крамер стал губернским механиком, а затем был пожалован должностью губернского архитектора, по-видимому, за успехи в проектировании и строительстве многочисленных заводских и гражданских объектов, среди которых Гостиный двор, а также за реконструкцию в 1789 г. Петропавловской «новоманерной» церкви. Новый директор завода и сам был достаточно опытным проектировщиком. Об этом свидетельствует тот факт, что в Луганске, где с 1796 г. Гаскойн возводил очередной металлургический завод, он сам выполнял всю работу архитектора — от изготовления чертежей до авторского надзора за строительными работами.

Архитектурно-проектная группа Гаскойн-Крамер-Березин, работавшая над реконструкцией Александровского Завода, выполнила чертежи всего комплекса предприятия, включая основную «промплощадку», вспомогательные здания, а также новый дом для директора по Заводской линии. Слово «промплощадка» взято в кавычки намеренно, ибо то, что было построено, аккуратными корпусами и своими красивыми башенками скорее напоминало средневековый замок. Новые здания Александровского Завода, возводившиеся из камня и кирпича, расположились по периметру обширного прямоугольного двора. Особенно украшали этот архитектурный комплекс небольшие «полуциркульные дворы», замыкающие заводскую территорию с севера и юга.

Гаскойн оказался не только хорошим архитектором, но и профессиональным градостроителем. Понимая, что огромный завод является композиционным центром совсем небольшого города, две площади и главная улица которого раскрыты на этот завод, он постарался придать производственным строениям «гражданское лицо». Таким образом, он вводил завод в контекст города, не делая гражданскую архитектуру последнего придатком промышленного монстра. Этот очень цивилизованный подход к решению производственной застройки, похоже, ушел вместе с Гаскойном и является для нынешнего Петрозаводска недосягаемым образцом. К сожалению, до нашего времени на территории бывшего Александровского Завода, а ныне — Онежского тракторного, не сохранилось ни одного строения, относящегося к XVIII веку.

Что касается директорского дома, то он стоит на своем месте уже более 200 лет — на бывшей Заводской, потом Английской, а теперь — улице Энгельса, и является одним из старейших зданий Петрозаводска вместе с комплексом Круглой площади и бывшей мужской гимназией (ныне музей ИЗО). Дом горного начальника, как стали называть его впоследствии, представляет собой уникальный для Петрозаводска сохранившийся ансамбль городской усадьбы эпохи классицизма. В городскую усадьбу обычно входили главный дом и примыкающие к нему службы и флигели, а также, в большинстве случаев, сад. Построенный единовременно, ансамбль дома горного начальника сохранил почти все свои элементы. К моменту строительства нового директорского дома, по красной линии улицы на этом месте стояло деревянное здание заводской канцелярии, одно из строений, возведенных Ярцовым в 1774–1776 годах. Этот фундамент и стал основой для главного 2-этажного деревянного дома усадьбы. Вокруг дома, расположенного на высоком каменном цоколе, появились каменные 2-этажные службы, образующие небольшие курдонеры со стороны улицы. Маленькие флигели «об одном окошке», поставленные торцом к улице, завершили симметричную композицию ансамбля. В решении данной усадьбы привлекает то, что все вспомогательные здания пристроены к главному дому, образуя единое, сложное в плане сооружение, а не разбросаны по участку. Это позволило увеличить физические размеры комплекса, подчеркнуть его симметричность и тем самым придать ему необходимую репрезентативность.

Архитектурно-планировочное решение дома также симметрично, что характерно для зрелого классицизма: главный фасад акцентирован центральным плоским ризалитом с равным ему по ширине фронтоном, возвышающимся над карнизом здания. Плоскость фронтона украшена большим полукруглым окном. Выделенные белым цветом угловые пилястры, горизонтальные тяги и фигурные наличники окон дополняют декоративное убранство здания.

Постановка здания среди обширного, почти незастроенного участка, границей которого на ту пору являлся сосновый лес, видимо, повлияла на трактовку его фасада, обращенного в сад и к лесу. Решенный более пластично, парковый фасад придает зданию с «внутренней» стороны загородный характер. Здесь интересен двухсветный эркер, из которого когда-то существовал выход прямо в сад, и полукруглые маленькие выступы с арочными окнами. Два сильно выступающих ризалита каменных двухэтажных служб образуют придомовую, защищенную от ветра зону, служащую своеобразным продолжением интерьера. В подобной связи внутренних помещений с ландшафтом, усадьбы — с городом видится одно из высших выражений традиции классицизма, для которых на первом плане стояла разработка пространственных решений.

Украшением усадьбы, без сомнения, служил парк. В традициях русских усадебных парков конца XVIII — начала XIX веков собственно парк был довольно небольшим, решенным в стиле «голландского сада» — сада эпохи романтизма, являющегося органической частью на переходе от архитектуры дома к пейзажному усадебному парку или существующему лесу. Описание «Садика императрицы Марии Федоровны» в Павловске вполне может дать представление о садике Гаскойна в Петрозаводске: «Маленький этот сад, прилегающий ко дворцу, устроен на голландский манер. Он пересекается двумя аллеями, разделяющими его на четыре части. Множество душистых цветов наполняют его приятнейшим благоуханием». В то время было принято делать сады с обилием цветов, которые были бы видны из дома и служили как бы рамами для пейзажа, в данном случае — естественного соснового леса. Сад горного начальника явился основой будущего парка пионеров, слившись в конце XIX века с губернаторским садом, который начал создаваться лишь в 1840-е годы. При выполнении в 1999–2000 годах проекта реконструкции бывшего парка пионеров авторы проекта попытались возобновить у дома Гаскойна террасу и партерный голландский сад с цветниками, надеясь на восстановление усадьбы в целом. Анализ существующей системы несущих стен дома позволяет воссоздать его первоначальную планировку. По традиции, главный вход и сени находились сбоку, парадные комнаты — вдоль уличного фасада объединены анфиладой. Но есть и отступления. Главными являются два помещения, расположенные посредине дома, на его поперечной оси, почти равные по площади: зал, обращенный тремя высокими окнами в сад (85 кв. м) и гостиная, освещаемая пятью окнами главного фасада (72 кв. м). Перепланировка проводилась, в основном, в XX веке, связана с изменением функции здания и представляет собой возведение дополнительных перегородок. Пристройка к главному дому справа лестничной клетки нарушила симметрию фасада. Практически, дом горного начальника дошел до нашего времени в том виде, в каком был построен, если не считать утраты левого флигеля.

Кто был автором проекта этого дома — Березин, Крамер или сам Гаскойн, пока документально не установлено, но несомненно, что планировка всей усадьбы и ее главного дома решалась самим будущим хозяином, и решалась в точном соответствии с традициями классицизма.

Дом горного начальника охраняется государством как памятник истории федерального значения. Но не в связи с тем, что в нем в течение века жили выдающиеся инженеры и гордость отечественной металлургии, а потому, что в январе 1918 года здесь было провозглашено установление Советской власти в Карелии. В доперестроечные годы такой статус являлся достаточно серьезной охранной грамотой для здания, однако оно вполне заслуживает статуса памятника архитектуры, а также серьезного изучения и реставрации. Нам ничего не стоит потерять этого свидетеля истории Петрозаводска, которая у нас все чаще сохраняется лишь на старых открытках.

автор текста — Е. Е. Ициксон